Газете “Коммерсантъ” была опубликована статья 19 февраля журналист Илья барабанов, который дает сведения о причастности российских регулярных войск в боевых действиях на стороне боевиков в Восточной Украине. Она была опубликована через день после вывода украинских войск из города Дебальцево, и подтверждает украинских войск утверждает, что они воевали солдаты российской армии в этом городе. Она также поддерживает другие украинские утверждает, что во многих случаях, основные боевые действия осуществляется путем регулярных российских войск, а затем местные боевики “переехал в” будет представлен прессе в качестве тех, кто действительно воевал.
Полный текст статьи представлен здесь на английском языке. Оно было переведено с оригинала Российской УНИАН персонал. Редактирование разъяснения и комментарии заключаются в квадратные скобки.
Примечание: бурят, имя, используемых боевиками для российских регулярных войск, являются коренным группа людей из Сибири, Подгруппа монголов.
REUTERS
В Пампасы Донбасса
“Ъ” специальный корреспондент Илья барабанов на тех, кто был в бою возле Дебальцево
20-летний Миша родился в Екатеринбурге, 21-летний Алекс – в Моздок, Артем 22 года, он из г. Славянск-на-Кубани, и 23-летний Дима родом из Владикавказа. И есть также ребята из Читы, Норильска, Улан-Удэ.
На первый взгляд, ни один из них не имеет ничего общего. Но есть одна вещь, которую они все имеют в общем – город “N”,***** воинской части, или [в России] “N”на базе отдельной мотострелковой бригады.
До недавнего времени они были проходящие военную службу по контракту. Еще в декабре и январе они будут размещать фотографии себя и своих коллег-подрядчиков на их профили в социальных сетях, прошлым летом там были фотографии их из упражнений рядом с БТР. И больше фотографий, из них в опрятной униформе перед зеркалом.
Но все изменилось две или три недели назад, и теперь двое приятелей без каких-либо опознавательных знаков позируют для фотографий на одной из площадей города Горловка [в Украине], еще один должностей фотографии той же социальной сети трех молодых мужчин, сидящих на бронированном военном автомобиле где-то на пути в Дебальцево. Третья картинка показывает DNR-помечено танк застрял в траншее – главная достопримечательность у входа в разрушенный Углегорск.
Они пошли на войну после 20 января, когда активных боевых действий уже возобновлены в Донбассе. Для них это своего рода бесконечно длинные миссии. Их командиры не возражают против их собирается – наоборот, они приветствовали их энтузиазм, объясняя солдатам, почему это было необходимо для них, чтобы пойти, чтобы тех самых районах, чтобы защитить свою родину.
Они было никакого организованного развертывания в Донбассе, воинских частей, вместо этого они пошли в группах из трех человек – экипажи боевых машин. Теперь, лишенных соединения [с миром], и они спрашивают меня, своих друзей, судьбы, спросите, если они живы. По прибытии они были назначены различные, уже сформированных воинских частей DNR армии.
Логика военных операций в последние месяцы довольно прост: только опытные войска развертываются для выполнения боевых задач от имени либо самопровозглашенных республик, или “определенных регионах Донецкой и Луганской областей” (как написано в Минске соглашение). Они завершить миссию и тянуть назад, и местные повстанцы двигаться в захваченных городов, в комендатурах и контрольно-пропускные пункты – готов встретиться с журналистами и рассказать им о своих прошлых жизнях, как “шахтеров”. В какой-то момент, вы можете получить думать, что только местные жители восстали против “хунты”, но потом кто-то выпаливает:
- Бурят позиций за эти отвалы.
- Кто такие буряты?
- Ну … В Донбассе Индейцев.
Все улыбаются – есть обоюдное понимание того, что происходит. В последние несколько дней до окончательного наступления на Дебальцево, журналисты были в основном ограничивали въезд Углегорск, где атака была запущена, так как не отдать [присутствие] бурят [имеются в виду российские войска]. Через пару дней после нападения, когда Дебальцево, наконец “очищенные” [украинского войска], шахтеров будет крутить контрольно-пропускные пункты, и журналистам будет позволено свободно передвигаться снова.
Много было сказано в последние дни на стратегическую важность Дебальцево: это на прямой дороге, соединяющей Донецк и Луганск, а также очень крупный Железнодорожный узел; и возвышенности, которая является важным артиллерии-мудрый. Это будет долго, пока мы узнаем, сколько сотен человек были убиты с обеих сторон в ходе наступательной операции, которая длилась почти месяц.
После захвата Дебальцево, линия фронта была “выравнивается” в очередной раз. Это может также случиться, что соглашение о прекращении огня, достигнутых в Минске теперь будут частично выполнены, съемки остановится полностью, или хотя бы поутихнет немного, на месяц или два, пока кто-то вдруг решает, что самопровозглашенных республик не может жить без Мариуполь, Артемовск или Лисичанск. Затем, “политических Комиссаров” вновь станет активным в воинских частях по всей огромной стране [России] с рассказами о том, как важно помогать свободолюбивым Донбасс против Западной агрессии. Нет принудительного развертывания – просто волонтеры.
Михаил, Алекс, Артем и Дима – все они подписали заявление об уходе перед отъездом [Донбасс]. Если любой из этих парней будет очень не повезло в Дебальцево обидно, что “не повезло волонтер” бы, конечно, не имеют ничего общего с любой [русский] воинской части или бригады.
Это напоминает мне о гражданской войне в Испании. Добровольцы из СССР ездили туда с “Нансеновского паспорта” или ID от европейской страной. Трудно было добраться до [Испания], и псевдонимы были совершенно разные: будущий Маршал Советского Союза Родион Малиновский был не “Motorola”, но “полковник Малино.”
Военный советник Ян Берзин мог погибнуть под именем генерала Доницетти, но, в конце концов, он был расстрелян в 1938 году на “Коммунарка” съемочной площадки.
Как Илья Эренбург вспоминал в своей “люди, годы, жизнь” мемуарах: “в 1943 году, на КПП возле Гомель я увидел командующий армией генерал батов. Мы говорили о предстоящей наступательной операции. Вдруг кто-то крикнул: “Фриц!” – и вражеский самолет появился в поле зрения. Общие и я оба рассмеялись: в Испании, наши военные советники получили разные названия – Валуа, Лоти, Molino, Гришин, Григорович, Дуглас, Николас, Вольтер, Ксанти, Петрович. По какой-то причине, Павел батов получил фамилию ‘Фриц.’”
- Вы были отправлены на учения в Ростовской области, или вы прямо сказали, что вы собирались бороться в Украине?
- Нам сказали сразу. Вы сами можете увидеть, что эти ублюдки делают здесь, все спрашивали, чтобы прийти сюда. Я не служу в армии, чтобы научиться шить и копать.
- Это долгосрочный “миссии”, или бессрочной, до тех пор, пока ты вспоминал?
- До тех пор, пока мы уйдем, и нас самих. Я хочу бороться до самого конца войны, или до последнего вздоха.
- И что это означает для вас? Я спросил у одного из них. Ответ был:
- Нам сказали, что мы можем помочь остановить войну здесь.
Но сидя на бронированной боевой машине, никто не может остановить войну. Война может быть остановлена только в случае, если каждый получает от тех транспортных средств, и возвращается домой, по крайней мере, обратно в свою страну из соседних.
P. S. Автор знает полные имена людей, упомянутых в статье, но редакторы считаю некорректным публиковать их пока нет.
Илья Барабанов
Комментариев нет:
Отправить комментарий